Неточные совпадения
В одно из воскресений Федос исполнил свое обещание и
забрался после обеда к нам, детям. И отец и мать отдыхали
в спальнях. Мы чуть слышно расхаживали по большой зале и говорили шепотом, боясь разбудить гувернантку, которая сидела
в углу
в креслах и тоже дремала.
— Как свиньи живете.
Забрались в дыру, а рядом залы пустые. Перенесите
спальню в светлую комнату!
В гостиную!
В зал!
— Потом вот что, — продолжала она, хлопнув перед тем стакана два шампанского и, видимо, желая воскресить те поэтические ужины, которые она когда-то имела с мужем, — вот что-с!.. Меня очень мучит мысль… что я живу
в совершенно пустом доме одна… Меня, понимаете, как женщину, могут напугать даже привидения… наконец, воры, пожалуй,
заберутся… Не желаете ли вы перейти из вашего флигеля
в этот дом, именно
в кабинет мужа, а из комнаты, которая рядом с кабинетом, вы сделаете себе
спальню.
— Никогда у нас
в спальне никакого кота не было, а тут ишь какой
забрался!» Хотела она опять кота рукой взять, а его опять нет.
Тогда он шел
в спальню,
забирался под одну из самых дальних кроватей (всем воспитанникам было известно, что он страшно боялся своей жены, которая его била) и спал там часа три, подложив под голову полено.
Он открыл какой-то известный лаз
в страшную
спальню покойного императора, успел пронести туда простыню и там ее спрятал, а по вечерам
забирался сюда, покрывался с ног до головы этой простынею и становился
в темном окне, которое выходило на Садовую улицу и было хорошо видно всякому, кто, проходя или проезжая, поглядит
в эту сторону.
Часу
в четвертом она проснулась и закричала. Ей почудилось во сне, что воры
забрались к ней.
Спальня тонула
в полутьме лампадки.
Он тихо и хладнокровно начал развивать ей свой план. Недели через две после этого разговора, во время отсутствия из дому Мавры Сергеевны, неизвестные злоумышленники каким-то неведомым путем
забрались в ее
спальню, сломали шифоньер и похитили заемное письмо
в десять тысяч рублей. Прислуга была
в это время
в кухне, а Екатерина Петровна, и Сергей Дмитриевич находились все время
в противоположном конце дома, и никто ничего не слыхал.